Бывший пленный - человек без кожи

До сих пор люди, побывавшие в плену, гражданские и военные, не имеют статуса военнопленных, а их мучители, пока не будет принят соответствующий закон, не могут быть осуждены, как военные преступники. Правозащитники, юристы и те, кто вышел из плена, надеются, что до своего роспуска парламент вспомнит о них и признает: эти люди есть в стране и требуют помощи и поддержки

На фото: Слева направо: Одесситка медик Анна, позывной Мурка, получившая шесть проникающих ранений под Иловайском. Дончанка Аня, которую в камере заставляли кровью писать на стене слово "Донбасс", была арестована за украинскую символику. Жительница Ясиноватой Ирина Довгань, помогавшая украинской армии, за что подверглась пыткам и жестоким избиениям. Врач Ольга Политова, сотрудничавшая с украинскими разведчиками, просидела в тюрьме в Донецке два года, где ее пытали током…

Утро 22 мая началось с сообщения, что восемь – ВОСЕМЬ! – украинских военнослужащих попали в плен боевиков. Наивно предполагать, что их не бьют, не стреляют над головами и содержат в приемлемых условиях. А зная, через что прошли за пять лет войны самые разные люди, попадавшие в руки боевиков на оккупированной территории, можно только предположить, что наши ребята пройдут пытки и в случае необходимости помощь оказывать им не будут… Во всяком случае так было с одесситкой Анной, позывной Мурка, медиком батальона "Донбасс". Женщина оказывала помощь раненым в Иловайском котле. И сама была ранена, когда расстреляли колонну украинских бойцов… Шесть проникающих ранений! У женщины были повреждены печень и желудок, позвоночник, один осколок остановился в нескольких миллиметрах от бедренной артерии… Ее, истекающую кровью, взяли в плен, и пять дней продержали в яме, не сделав ни единого укола – ни обезболивающего, ни кровеостанавливающего, ни антибиотика… Чудо, что она выжила. Затем ее передали украинской стороне, а Литва взяла на лечение – там Анне сделали операции, удалили пулю, которая повредила спинной мозг и в нем и остановилась… К удивлению врачей, вскоре украинка начала ходить! И сейчас она активно занимается реабилитацией семей, чьи родные воочию видели войну, делает все, чтобы открыть магазин, где будут продаваться продукты питания, которые выращивают или производят демобилизовавшиеся бойцы.

…Аня десять лет проработала в Донецке агентом по недвижимости. Но сейчас с трудом вспоминает названия улиц, по которым ходила сотни раз. "Киев я уже знаю гораздо лучше, чем когда приехала сюда, и мне нравится отвечать людям, которые спрашивают меня, как куда-то пройти", - Аня сама удивляется тому, как кардинально изменилась ее жизнь. Встретив ее на улице, никто не догадается, что пришлось пережить этой молодой женщине с маленьким ребенком на руках. Разве что внимательный прохожий удивится огромному рубцу на одном пальце – Аню арестовали в Донецке, придя к ней домой, за проукраинскую позицию и украинскую символику. Ее избили, бросили в камеру, где регулярно избивали и дальше, резали ножом, практически срезав фалангу одного пальца… "Тут же валялся и украинский флаг, который мне запихивали в рот. Им я вытирала свою кровь", - вспоминает Аня, переехавшая после того, как ее отпустили, в Киев. Она организовала арт-терапию для бывших пленных и переселенцев. Это способ реабилитации и для нее самой. Но женщина признается, что в ситуациях, когда нужно отстоять свои права, кому-то что-то доказать, в первый момент цепенеет, ей необходимо какое-то время, чтобы собраться с силами и начать разговор. "Я себя мысленно убеждаю: это мой город, моя страна, я здесь - кто-то!" - говорит Аня. И, пытаясь описать свои ощущения после плена, говорит, что бывший пленный – это человек без кожи…

"Я русскоговорящий среднестатистический житель Донбасса", - говорит о себе Ирина Довгань, которая пять дней находилась в плену чеченов. Ее арестовали за помощь украинской армии. Фотография жительницы Ясиноватой у донецкого столба, когда проходящие мимо горожане считали своим долгом ударить женщину, плюнуть в нее, разошлась миром и спасла ей жизнь. "Два года мне понадобилось, чтобы прийти в себя, чтобы понять, что я могу сделать для своей страны, что нельзя молчать, а нужно говорить о тех, кто брал нас в плен, чтобы они не ушли от наказания. И если их не могут судить в Украине, то Европейский суд это может сделать, потому что все их пытки и издевательства – это преступления против человечества", - говорит Ирина.

Все трое женщин хорошо знают, что над ними издевались граждане России, военные страны-агрессора, которые незаконно пересекли границу с оружием в руках, а Ирина даже знает имена практически всех своих мучителей. Об этом обе Анны и Ирина открыто говорят в небольших документальных фильмах, снятых о судьбе каждой из них в рамках проекта "Неzламні", который презентовали в Киеве. В ближайшее время ролики также покажут в Америке, Молдове, Грузии. А Ирина Довгань через несколько часов после презентации улетела в Осло, где принимает участие в конференции, посвященной поиску путей прекращения гендерного насилия в зоне военных конфликтов.

Все эти женщины не имеют статус бывших пленных, не получили от государства помощь ни в виде денежной выплаты, ни в виде жилья – каждая решает свои проблемы, как может. Юристы и правозащитники полгода назад подали в Верховную Раду законопроект, касающийся людей, прошедших плен. Если его примут, они смогут получать статус, правовую помощь, компенсации, медицинскую и психологическую помощь. Вторая внесенная инициатива – закон о военных преступниках. "Не так давно украинским судом был осужден боевик, несший службу на блокпостах со стороны оккупантов, - говорит правозащитник Александра Матвийчук. – Его осудили по статье "Участие в незаконных вооруженных формированиях". Но в решении есть строка: "принуждал женщин к сексу на блокпосту". Собирая показания людей, подвергшихся насилию во время войны, я не раз слышала ужасающие рассказы женщин об изнасилованиях. И могу только представить, что на самом деле кроется за этой сухой строкой. Но этот момент даже не рассматривался, за него насильник не наказан. Пройдет немного времени, он сможет выйти по амнистии. Если же такие люди будут судиться, как военные преступники, их нельзя будет амнистировать, у таких преступлений нет срока давности, а значит наказание сможет настичь их в любой момент".

По официальным данным известно, что сейчас в плену на оккупированных территориях находится 120 украинцев. Еще 24 украинских моряка уже более полугода сидят в российских СИЗО. Когда и на каких условиях их освободят? Что будет с ними после этого? В каком состоянии они вернутся домой, ведь о их здоровье доходят крайне скупые данные?

Все участники презентации очень надеются, что в те две недели, которые еще будет работать Верховная Рада восьмого созыва, депутаты примут законопроекты, касающиеся пленных. Хотя это нужно было сделать еще пять лет назад, после появления в стране первых пострадавших. И почему-то мне горько осознавать, что дорабатывающие депутаты не выполнят свой долг по отношению ни к Ире Довгань, ни к обеим Аням. А новые… Какими они будут? Что будет их волновать? И если все же новый президент начнет договариваться с Россией и вдруг окажется, что нам нужно мириться, то с этих людей еще раз снимут кожу. Но теперь родная страна.