МИР НАКРЫЛ ФИНАНСОВЫЙ КРИЗИС. КОТОРЫЙ НЕ ЗАМЕЧАЮТ ТОЛЬКО ПРЕЗИДЕНТ И ПРЕМЬЕР УКРАИНЫ

Автор: ЗН

Видимо, советники не объяснили вовремя Юлии Владимиров­не, что не грозить этот кризис может только пастуху в монгольской степи.

«2010 год. Министр финансов России Алексей Кудрин заявил, что россиянам нечего опасаться кризиса. Опасаться надо было раньше, а теперь опасаться уже поздно».

Интернет потихоньку заполняется подобными шуточками, авторами которых, судя по всему, являются сотрудники компаний, у которых постепенно пропадает работа, но которые еще не получили уведомление об увольнении.

Можно острить дальше, но не хочется. Потому что, как мне кажется, смеяться можно над чем угодно — страшным или уродливым, некрасивым или наглым, но — знакомым. А вот то, что касается финансового кризиса, воспринимается нашими гражданами как что-то такое далекое… Ну, как далека от одесского дворника Лондонская фондовая биржа. Или, в лучшем случае, как временные неприятности, связанные с действиями неврастеников, скупивших всю валюту в банках..

Ну да, мы-то видели этих слабонервных, как они в 2004 году перед выборами тоже бежали изымать вклады в банках, а потом после оперативной работы Арсения Яценюка возвращали их назад, стыдясь собственного малодушия.

Паника закончится, и все будет по-прежнему. Зарплаты будут потихоньку расти, цены тоже, но к этой неприятности мы уже привыкли и будем привычно за это ругать власть. Банки за месяц придут в себя и опять начнут выдавать кредиты на квартиры, машины, микроволновки и мобильные телефоны. В который раз ничего не изменится. Ведь у нас давно уже ничего не меняется, независимо от того, кто там при власти. Примерно так?

Есть одна новость, и она плохая. Старого мира больше нет. Ко­нечно, смена миров не произошла за одну ночь или утро, как это было 11 сентября 2001 года. Вооб­ще-то жаль, что она не произошла именно за один день. Старый мир уходит медленно, но тяжело, как долго и мучительно умирает больной от рака. Новый точно так же рождается — медленно и тяжело.

И Украина является частью этого мира, как бы премьер-министр ни успокаивала народ, что наша страна не интегрирована в мировую финансовую систему и ей ничего не грозит.

Видимо, советники не объяснили вовремя Юлии Владимиров­не, что не грозить этот кризис может только пастуху в монгольской степи.

Кризис не может не грозить стране, частный сектор которой назанимал валютных кредитов в размере 35% ВВП (по оценке агентства S&P).

У которой дефицит счета текущих операций в долларах только за первое полугодие 2008 года вырос в шесть раз — до 7% ВВП и эта цифра непрерывно растет.

У которой платежи по счету текущих операций и погашение внешнего долга за следующие 12 месяцев в полтора раза превышают золотовалютные резервы (по данным того же агентства).

У которой только за восемь месяцев этого года отрицательное сальдо торгового баланса — 12,5 млрд. долл.

У которой около 40% банковской системы принадлежит иност­ранному капиталу.

Наконец, у которой металлургия, ориентированная в основном на экспорт, является одним из основных работодателей и донором как минимум местных бюджетов и Пенсионного фонда.

А мировая экономика сама находится в состоянии долговременного и тяжелого финансового кризиса, который, судя по всему, перейдет в рецессию. А это — спад. Для справки: «долговременный кризис и спад» означает не два месяца, а годы.

Во время этого кризиса уже обрушились институты, считавшиеся вечными столпами мирового рынка. Прекратили свое существование инвестиционные бан­ки. В несколько раз уменьшилась стоимость активов крупнейших компаний мирового бизнеса.

Сначала фондовый, затем финан­совый, а теперь макроэкономический кризис переворачивают мировую экономику. Когда об этом будут писать книги, хроноло­гию его начнут, конечно, с амери­кан­с­кой программы «Первый дом», изобретенной администрацией США для расселения иммигрантов и беднейших слоев населения.

Этим слоям выдавали заведомо невозвратные кредиты, под которые затем выпускали ценные бумаги, которые потом запускались в оборот, смешивали проблемные с непроблемными и т.д.

Но сейчас уже не суть важно, с чего все началось. Все более популярным становится точка зрения, согласно которой мировая финансовая система все равно бы рухнула — если не от ипотечного кризиса в США, так от другого толчка. И, поскольку причины мирового кризиса не являются в полной мере предметом этой статьи (об этом ежедневно пишут во всем мире), сошлемся лишь на мнение бывшего замминистра финансов США Пола Крейга Робертса.

По его мнению, вся проблема в том, что объем долгов в мире зна­чительно превысил стоимость иму­щества. «Декретные деньги, час­тичное банковское резервирование, долги по кредитным карточкам, а также различные формы использования заемных средств для инвестирования привели к тому, что виртуальные финансовые активы превысили лежащие в их основе реальные активы. В результате возникла ситуация, когда долгов стало больше, чем имущества».

Еще один глобальный фактор, упоминаемый все чаще, — деньги перестали отражать реальную, а не виртуальную стоимость товаров, услуг, а также субъектов бизнеса.

Что это значит? Допустим, компания А размещает свои ценные бумаги на фондовой бирже и их стартовая цена приблизительно отвечает реальной стоимости компании, которая формируется, исходя из стоимости ее активов, уровня ее прибыли, положения на рынке и т.д.

Далее ее ценные бумаги начинают жить своей жизнью, падают и растут, основываясь на конъюнктуре спроса на них, который может быть как объективным (связанным с ожиданием, например, высоких прибылей), так и субъективным — искусственно созданным хэдж-фондами или самой компанией.

Колебания капитализации далее используются при получении кредитов, продаже облигаций и других инструментов рынка. Для этого применяется также надувание оборота, который, в свою очередь, позволяет привлекать новые деньги, и в конце концов стоимость компании уже не имеет ничего общего с реальностью. И таких случаев в мире оказалось много. Слишком много.

Мы чересчур быстро приняли за истину постулат — «всякая вещь стоит столько, сколько за нее могут заплатить». Это цитата Малыша из известного рассказа Джека Лондона «Яичный переполох». Если помните, Чарли Бешеный таки был вынужден заплатить по 10 долларов за яйцо для его возлюбленной мисс Люсиль Эрол, хотя красная цена была ему ровно два доллара.

Правда, яйца, как выяснилось, были тухлыми, «яичный трест» лопнул, Смок и Малыш потеряли на операции 16 тысяч долларов и поклялись больше не заниматься махинациями с целью разбогатеть в два счета.

* * *
Огонь, как известно, можно потушить двумя способами — водой и прекращением доступа воздуха к его источнику. В мире пожар тушат водой, максимально обеспечивая доступ банков к ликвидности или, проще говоря, к деньгам. В мире разблокируют застопорившееся межбанковское кредитование. Государства вливают в банковскую систему средства налогоплательшиков, с одной стороны, позволяя системе хоть как-то работать, с другой — распространяя кризис на государственные финансы и макроэкономику. Общий объем выделенных на это ресурсов в мире достиг 3 трлн. долл.

В Украине Нацбанк предпочел закрыть крышку, максимально затруднив вымывание средств из банков. Сделав такую своеобразную фотографию. В качестве кратковременной противопожарной меры средство допустимое. Но, как совершенно справедливо отметил глава Совета НБУ Петр Порошенко, причины кризиса лежат не только и не столько в банковской сфере.

Списывать все украинские проблемы только на мировой кризис не нужно, это далеко не вся правда. Очевидно, что в стране за последние годы возникли значительные диспропорции. Речь идет прежде всего о необоснованном потреблении.

В стране росла зарплата бюджетников, но не росла производительность труда. В стране огромными темпами (на 64% в год) росло кредитование, невзирая на рост числа проблемных заемщиков. Доходило до того, что банки закладывали невозврат кредитов на уровне 30%, и при этом кредитование все равно было им выгодно. В результате еще в 2007 году объем кредитов достиг почти 11 млрд. долл.

В связи с притоком незаработанных денег в стране росли цены на товары и услуги, предназна­ченные как для среднеобеспечен­ных граждан, так и для богатых.

Росла в цене недвижимость, накрученная ипотекой, в результате цена маленькой киевской квартиры достигла уровня цены среднего дома в Великобритании. Нереальные цены на квартиры, в свою очередь, позволяли банкам переоценивать залоги заемщиков. Еще летом при анализе кредитного портфеля в одном банке аудиторы задали вопрос: «А на каком основании вы оценили квартиру на ул. Ярославов Вал в 1,5 млн. долл.?» «Мы читали газету «Авизо», — ответили им в банке.

В стране в целом не сформировался внутренний рынок, а рост импорта вымывал из страны деньги. И это действительно не проблемы банков. Да, они приложили руку к современному кризису, но не только и не столько они. К нему причастны и крупные собственники предприятий, в том числе ГМК, развращенные ростом в 2007 году цен на металл и не модернизировавшие предприятия, ориентированные все еще на экспорт.

К этому причастны правительства, во время подъема наслаждавшиеся электоральным успехом и не занимавшиеся созданием внутреннего рынка.

К этому причастны ведущие политические силы в целом, уничтожившие политическую стабильность и обеспечившие нам жизнь от выборов до выборов с обязательной раздачей материальных благ.

В результате мировая рецессия ударит по Украине значительно больнее, чем по многим другим странам. Смягчить этот удар хоть как-то может МВФ, от которого Украина, по неофициальным данным, хочет получить 9 млрд. долл. При этом надо учитывать, что таких, как мы, у МВФ много.

* * *
Странное дело творится у нас в части информирования населения о том, что происходит и произойдет в экономике. Банкиры разных уровней ежедневно поют колыбельные, сообщая народу, что несмотря на некоторые проблемки, «в остальном, прекрасная маркиза, все хорошо».

Да, им всем очень надо избежать атаки на депозиты. «Прошел слух, что завтра пропадут яйца. Все побежали покупать яйца, и они пропали сегодня», — сказал в 1985 году Михаил Михайлович Жванецкий.

Понятно, что паника способна убить любую банковскую систему, и чем ее меньше, тем лучше для всех. Но, как представляется, народ заслуживает того, чтобы с ним говорили честно. Хо­тя бы потому, что, обманув сейчас, эти и последующие власти еще долго не добьются доверия людей к ним самим и банковской системе. Ведь доверие зарабатывается годами и может быть потеряно в считанные месяцы.

Нет, не надо предсказывать катастрофу — это будет так же нечестно. Никто в стране, да и в мире, не способен сейчас предсказать дальнейший ход событий достаточно профессионально, хотя бы потому, что никогда с кризисом такого масштаба не сталкивался. Но надо прямо сказать: мир изменился. Мы все должны научиться жить по средствам — как страна в целом, так и каждый человек в отдельности.

Стране в целом необходимо прекратить обманывать экономические законы и не платить незаработанные деньги, изымая их потом у населения нереальными ценами.

Банки должны признаться, что они превратились из финансовых посредников в де-факто эмиссионные центры.

Каждый человек в отдельности должен внимательно взвесить все свои доходы и затраты, отказаться от того, от чего можно отказаться.

Те, у кого сбережений нет, потеряют меньше. Но если нет сбережений, надо держаться за источники доходов, насколько это возможно, потому что сокращения не за горами и вы должны быть очень нужны вашему работодателю.

Те, у кого сбережения есть, должны осознать: кризис — не время приумножать состояние, а время его сохранять.

И все вместе должны, не паникуя и не обольщаясь, понять — впереди трудные времена.

* * *
А в это время руководители нашей страны азартно и увлеченно захватывают суды, стараясь то назначить, то отменить, то отсрочить выборы.

И СНБО в первоочередном порядке решает вопрос выделения средств из резервного фонда на выборы и только во вторую очередь обсуждает, как же этой стране выжить, когда падает мировая экономика.

По Киеву ходят разные люди, собираются в добровольные общества типа совета при председателе Верховной Рады и дискутируют на тему, как жить дальше.

Олигархи ходят по кабинетам президента и премьера и пытаются решить проблемы их предприятий. Их можно понять — каждый спасается как может.

Ничего не делает только государство и государственная власть в целом. Будем говорить прямо — то ли из-за непонимания, то ли из-за неинформированности, то ли из-за полной безответственности власть не занялась своими прямыми обязанностями. Ее прямой обязанностью было — озаботиться этой проблемой как минимум в начале сентября. И не просто озаботиться, а создать рабочие группы хотя бы по мониторингу ситуации в мире, действий правительств и центробанков, находить в этих действиях рациональные для Украины идеи, предлагать их руководству страны, которое, в свою очередь, должно было действовать.

А у нас кто-то озабочен проблемой не допустить премьер-министра на президентские выборы, кто-то старается опустить еще ниже рейтинг президента, кто-то ждет, пока они уничтожат друг друга, чтобы на этой волне вернуться в кабинет премьер-министра.

Но даже в этом есть неувязочка. Если уж они так озабочены своими политическими перспективами, то сейчас они должны думать не о том, как обойти на повороте конкурента и взять власть, а как не оказаться в руководящем кабинете в следующем году! Представление о том, что пост премьер-министра, как наиболее яркий и действенный, оказывает на электорат магическое влияние, следует забыть. Оказывает. Во время роста, а не падения.

И кто бы им объяснил, что рецессия (падение) предусматривает, среди прочего, сокращение государственных расходов, в том числе замораживание роста зар­плат и пенсий?

А если все же захочется осчастливить народ деньгами, то это приведет всего-навсего к эмиссии и резкой, а не такой, как сейчас, девальвации денежной единицы.

Или кто-то думает, что он введет командную экономику и скажет ценам «стоять»? Может. Но тогда вернется товарный голод, «черный рынок» и все прелести начала 90-х.

Конечно, каждая из конкурирующих сторон может храбро бро­ситься на амбразуру по принципам «в политике побеждают сме­лые и отчаянные» и «мы не боимся трудностей, они нас закаляют». Достойно уважения. Но прежде чем бросаться, следует хотя бы обозначить масштаб проблемы и понять, что же это за трудности, которых мы «не боимся».

В следующем году стране нуж­ны действительно антикризисные менеджеры. Не те, кто создает бури в стакане воды с целью утопить в нем политического конкурента, а настоящие антикризисные менеджеры. Люди, которые претендуют на руководство страной в 2009 году, должны четко понимать, что на этом они свою политическую карьеру как минимум сильно испортят, а как максимум — завершат. Но сделают в это время то, без чего существование независимой Украины будет невозможным. Осталось немного — их найти.