Без волонтеров? Праздничный блог

В военкомат я пришёл в августе 2014 года. До этого я немножко был волонтером, после того как быстро закончились собственные средства, собирал деньги со знакомых для закупки разгрузок и бронежилетов, участвовал в разных мероприятиях. На фронт не ездил, да и фронт тогда был непонятно где. Если вы помните, то тогда ещё совсем недавно свинолупые сидели в Славянске, а все харьковчане кто с ужасом а кто со сладостной надеждой ждали прямого вторжения путинских танков в наш город.

Из военкомата в Харькове в Чугуев, где располагалась моя бригада и учебный центр, меня отвезли.... на такси. Таксист был волонтером, а вся наша команда состояла из 2 человек.

В бригаде мне выдали кашкет на 3 размера меньше моей головы, которые девочки из вещевой части растягивали на горячей кастрюле, берцы, которые я выбросил на второй день и какие-то тряпки под названием дубок-стекляшка, которые я выкинул на третий. Но на четвёртый день я был уже одет и обут в натовские шмотки из секонд-хэнда, купленные волонтерами.

Казенная еда была обильной, больше и качественней, нежели в Советской Армии, и всегда сопровождалась какими-то вкусняшками, как минимум салом с чесноком, а также печеньем к чаю. Вы уже, вероятно, догадались откуда эти вкусняшки брались?

В тренировочном лагере мы, разведка, жили в лесу в палатках и ещё масса разных полезных шняг (как, например, бензопилы, примусы, гаечные ключи, зарядные устройства и электрогенераторы и топливо для них ) поставлялась различными волонтерскими организациями. Не перечисляю все эти организации и группы, ибо ненароком забуду упомянуть кого-нибудь.

Техника минимум 30-летней давности в основном не ездила. Запчасти на двигатели были разворованы. Но нам их привозили организации помощи армии, а в парке с нами день и ночь трудились гражданские механики - активисты этих организаций. Они вместе с нами делали из дерьма конфетку, в результате чего более 70% безнадежных БМП и БТР задышали новой жизнью.

Вооруженные силы снабдили нас оружием и боеприпасами, но даже тюнинг автоматов, пулемётов и СВД выполняли бригады неизвестно откуда приехавших инженеров-оружейников, которые устанавливали нам планки Пикаттини и навешивали на их коллиматоры, ночные прицелы, иногда в полёте творчества создавая из нашего оружия эдакие диковинные бластеры для звездных войн, так что иногда даже не понимая их боевых преимуществ мы преисполнялись гордостью, глядя на себя в зеркало и пугаясь от своего собственного робокопского вида.

Сначала меня определили в радисты разведгруппы и изучение предмета началось с моей ровесницы радиостанции Р105-М, принятой на вооружение в 1967 году и знакомой мне со срочной службы. Это такой ламповый мобильник весом в 14 кг для разговоров по открытым каналам. Ничего другого у нас не было, только значительно позже, уже на фронте появились цифровые Мотороллы от дяди Сэма. Но до и после появления этих чудо-раций за деньги наших волонтеров из американской диаспоры я приобрёл неплохие цифровые Кенвуды.

Бронежилеты нам дала держава. Нормальные такие, спору нет. Но бронежилет, оказывается, - не главное и совсем ненужная вещь в разведке. То, без чего не может воевать разведчик - бинокли, дальномеры, карты, компасы, GPS-навигаторы, тепловизоры, камеры наблюдения, акустические пушки и активные наушники, и, конечно же, беспилотные летательные аппараты - этим всем мы снабжались в частном порядке. Это все волонтерские организации Харькова и украинские активисты США и Канады. Они также дали нам кевларовые шлемы, баллистические очки, термобелье, маскхалаты, различное электро- и электронное оборудование, как например, пуско-зарядные устройства, дизельные генераторы, телевизоры для просмотра карт и аэрофотосъемки, компьютеры, охранную сигнализацию, электропечки и обогреватели.

Когда мы ехали в зону АТО на мой взвод по штату приходилась одна БМП1КШ и один штабной 66 ГАЗон, который в постонародье называется "шишарик" или "шишига", набитый неработающими радиостанциями, который никогда и нигде в войне не использовался. Этими транспортными средствами мы едва ли смогли бы перевезти на войну половину личного состава и четверть всей нашей утвари, включая оружие и боеприпасы. На войну мы приехали на волонтерском транспорте - закупленными для нас полуконтрабандным способом микроавтобусе, пикапе, впоследствии еще было куплено 3 джипа, на которых мы, в основном, и воевали. Вдумайтесь - мы, боевой разведывательный взвод ВСУ на войну смог приехать только на волонтерском транспорте!

Незабываемая фотография - мои первые минуты в зоне АТО. Город Счастье. Я вышел из машины, а она - Таня Бедняк - уже там. Это моя подруга,"волонтер 80 уровня", как мы ее втихаря называли, ждала нас заранее.

Когда мы приехали, то в нашем арсенале инженерной техники были МПЛ-50 и БПЛ-110, то есть малая и большая пехотные лопаты. Стройматериалы, шурупы, гвозди, а также весь инструмент нам обеспечили... снова они.

Бывало, чтобы разбавить наш военный быт, нам привозили целые концертные программы, или вот такую полезную литературу:

Практически каждый день нам привозили вкусную еду. К Новому году, например, девочки из группы Ани Бындыч сделали нам несколько ведер оливье. Все нарезано и отдельно уложено в пластиковые контейнеры, майонез отдельно, чтоб все не испортилось. Засыпаем в тазик и едим.

На Пасху волонтеры присылали куличи. А мы красили яйца. Вот так:

Но есть вещи, которые мы не забудем никогда. Где бы мы ни находились. Эта записка, вложенная в посылку, вышибает слезу:

И еще. В ужасной рабовладельческой Савецкой Армии нам выдавали индивидуальные аптечки. Со всякими лекарствами от ядерного взрыва… В том числе противошоковая промидашка. Под страхом дисбата ее нельзя было трогать. А на войну нам выдали по жгуту и по две ипэпэшки (индивидуальный перевязочный пакет). На войну нам не дали ни ампулы противошокового, ни одного кровоостанавливаещего препарата. Полный комплект ультрасовременных аптечек и Налбуфин нам на взвод подогнали волонтеры - украинцы из США и Олег Д. Кстати это у нас уголовное преступление - возить Налбуфин солдатам АТО без специальной лицензии на перевозку наркотиков.

Ну и госпитальная медицина. Меня, волею Божией, чаша быть серьезно раненым миновала, отделался только легкими травмами, по госпиталям не шарился. Но я видел, как рискуя жизнью, волонтеры вывозили двухсотых и трехсотых, как собирали средства на уникальное лечение и реабилитацию раненых, на протезирование и отправку за рубеж. С нами работали и добровольцы-психологи и добровольцы-хирурги и волонтеры, которые днями и ночами дежурили у постели умирающих в госпиталях. Низкий им поклон.

Сегодня многие из волонтеров работают на новом организационном уровне, занимаясь реформами уставов и законодательства о мобилизации, системно решают вопросы снабженческой логистики и поставок вооружения. Они уже помогают армии на уровне управления ею, а не на уровне вытаскивания ее из тьмы.

Нельзя сказать, что именно из всего сказанного важнее всего, что составляет в наибольшей мере основу обороны. Но ни один солдат, ни один не будет отрицать, что главное - это наша уверенность в том, что такие люди, как наши украинские волонтеры стоят того, чтобы за них отдать жизнь. Они несли физические тяготы вместе с нами, отдавали силы и здоровье вместе с нами, рисковали почти наравне с нами, что изо дня в день приносило четкое осознание того, что струсить и предать их, отступить или дрогнуть - невозможно. Нельзя отступить, когда помнишь их глаза, когда на куске разваленной снарядом стены ты видишь подписанное школьниками знамя, когда после Града ты видишь парящий обгорелый листок с желто-синим детским рисунком.

Сегодня, когда мы поздравляем этих великих людей в их праздник, в корне неверно было бы разглагольствовать на тему победили ли мы без волонтеров. Потому что сегодня мы пока ещё никого не победили. Мы находимся в начале пути.

А без вас, мои родные, мы бы не сложились как страна, которая может себя защитить. Мы бы не то, чтобы приблизиться к победе не смогли, мы бы попросту НЕ ВОЕВАЛИ. Ибо освободительная война - это так или иначе действие народа, а не воевод. А победа в этой войне придёт, только с народом, который и есть вы, мои родные. Слава нашей нации - вам, её патриотам, спасителям и её лучшим людям.