В Москве полицейского приговорили к семи годам колонии за "антивоенный" телефонный разговор, который прослушивали
Перовский суд Москвы приговорил к семи годам колонии общего режима сотрудника столичного главка МВД Сергея Клокова (Веделя) по делу о распространении фейков об армии РФ. Также суд лишил его звания капитана внутренней службы. Кроме того, суд лишил Клокова права на работу в государственных органах в течение четырех лет после увольнения. Прокуратура РФ потребовала для него наказания в девять лет колонии.
Об этом сообщает Цензор.НЕТ со ссылкой на ВВС.
Сотрудник ГУ МВД в Москве Сергей Клоков был задержан в марте 2022 года. По версии следствия, в личном телефонном разговоре Клоков обсуждал войну в Украине.
Главное следственное управление СКР по Москве возбудило против Клокова уголовное дело по ст. 207.3 УК РФ (публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании вооруженных сил РФ). Статья, по которой обвиняют Клокова, предусматривает наказание до 10 лет колонии, она вступила в силу 4 марта 2022 года.
В ходе судебного процесса прокурор заявил, что 9 марта прошлого года полицейский по телефону рассказал своим близким и коллегам о российском вторжении в Украину. По словам гособвинителя, Клоков среди прочего говорил "об огромных потерях", об отказе российской стороны признавать эти потери, о целенаправленных разрушениях и убийствах мирного населения российскими военными.
Согласно материалам дела, Клоков созванивался с полицейским из Киева, другом его отца, который после начала войны эвакуировался в Германию. В телефонных разговорах они обсуждали ситуацию со своими друзьями, которые оставались в Буче. "Источниками этой лжи, которую распространял Ведель, были украинские пропагандистские ресурсы", - заявил прокурор во время заседания.
Критические высказывания о российской армии, прозвучавшие в телефонном разговоре, признали публичными на основе свидетельских показаний - сотрудника правоохранительных органов, который прослушивал телефон Веделя.
Адвокат Клокова еще на первом допросе отметил, что частный телефонный разговор не может считаться публичным распространением сведений. Кроме того, в делах Клокова не было разрешения на прослушивание его телефона, отмечал защитник.
