Конституционный "пятый угол" Порошенко

Автор: Олександр Михельсон

31 августа Верховная Рада примет в первом чтении проект изменений Конституции в части децентрализации. Сомнений в этом нет ни у кого из посвященных. И все же битва ожидается жаркая.

Напомним, главным камнем преткновения реформы является статья об "особом статусе" сепаратистских районов Донбасса. После того, как 16 июля Верховная Рада дала аж 288 голосов за отправку проекта в Конституционный суд, вокруг этой идеи пышно расцвели мифы, ростки которых, впрочем, пробились давно - и не то чтоб вовсе беспричинно.

Главный, "пессимистический" миф гласит, что в случае принятия реформы мы узаконим в Конституции сепаратистские "республики" как часть Украины. Причем Украиной они будут лишь формально, а на деле продолжат практиковать свои идеи на наши же деньги. Именно этого добивался Путин посредством Минских соглашений, и вот теперь прописанные в соглашениях "хотелки" Кремля мы вносим в Основной Закон, тогда как сам Кремль и его донецкие/луганские клевреты своих обязательств не выполнили.

Противоположный, "оптимистический" миф сводится к тому, что "особый статус", по тем же соглашениям, возможен лишь после восстановления на всем Донбассе законной власти и контроля Киева над границей с Россией. А следовательно, "особый статус" получит уже подконтрольный Киеву регион. Или же статус так и останется на бумаге, а сепаратистские образования останутся де-факто независимыми "черными дырами", каковыми и являются сейчас.

Ошибочны оба мифа, хотя второй немного ближе к истине. Во-первых, Минские соглашения именно в части "политического урегулирования" крайне неоднозначны. Единственный четкий "маячок" действительно касается контроля над границей, но - увы! - сказано там как раз о том, что таковой контроль будет возвращен Киеву именно после придания мятежным районам "особого статуса", и произойти это должно к концу 2015 года. С другой стороны, "особый статус", по соглашениям, мятежники получат только после проведения признанных Киевом и международным сообществом местных выборов.

Что это такое, детально расписано в ст. 10 закона "Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей". Как уже не раз писал Цензор.НЕТ, эта статья, внесенная с подачи президента 17 марта, фактически требует капитуляции сепаратистов. В частности, выборы должны проводиться по украинским законам, в назначенное ВР время, с участием украинских СМИ и украинских политических сил, наконец, после вывода всех иностранных военных сил и разоружения отечественных незаконных формирований.

Сепаратисты на эти условия категорически не согласны и упорствуют в намерении провести свои собственные "местные выборы" тем же манером, что и "всеобщие выборы" в прошлом ноябре (результаты которых официально не признала даже Россия). Таким образом, "особый статус" остается фикцией, каковой является еще с 16 сентября прошлого года. Именно тогда был принят закон "Об особом порядке", причем в изначальной его версии условия для боевиков были куда более комфортными - достаточно было лишь согласиться на местные выборы к назначенной ВР дате 7 декабря 2014 года.

Кстати, именно эта дата значится в законе до сих пор, что подчеркивает его "серьезность". В то же время, юридически закон имеет высшую силу, чем Минские соглашения. И прописанный в нем порядок действий - это правило, тогда как любая последовательность событий и дат, приводимая в соглашениях - лишь декларация.

Но причин для чрезмерного оптимизма тоже нет. Да, в проекте Конституции, вопреки распространенному убеждению, никакие "хотелки" Москвы не фиксируются. Там лишь говорится, что "особый порядок самоуправления" сепаратистских территорий определяется соответствующим законом. Но в том-то и дело, указывают пессимисты, что закон можно изменить. Изъять все ту же ст. 10, назначить новый, согласованный с мятежниками срок выборов, принять новое постановление о границах "особо статусных" районов - и вуаля. И надо на это всего-то 226 голосов.

Оппоненты возражают, что если бы таков был план власти, то никто бы ст. 10 не вносил. Да и Конституцию не трогал бы. Все вообще можно было бы сделать через те же 226 голосов в любой момент, начиная с 16 сентября включительно.

Вся проблема в том, что ситуация не зависит лишь от желания наших властей. Имеется множество свидетельств, что на "особом статусе" настаивает Запад. Так, именно с подачи западных партнеров упоминание "особого порядка" в последний момент перед голосованием 16 июля перенесли из Переходных положений непосредственно в тело Конституции. Причем активное участие в процессе приняли США - вопрос контролировала лично прилетевшая тогда в Киев легендарная Виктория Нуланд.

Остается неясным, желает ли Запад добиться сдачи Украины (то есть, переделки закона об "особом порядке" в интересах Москвы уже после принятия конституционной реформы). Или же идет стратегическая игра, имеющая целью загнать Путина в угол. Например, спровоцировав сепаратистов на активизацию боевых действий, что позволит ввести против РФ очередные санкции.

Твердых подтверждений ни одной из версий нет. Несколько дней назад, например, все та же Нуланд провела встречу с группой народных депутатов, главным образом из "молодой поросли", которые отказываются голосовать за конституционную реформу именно из-за "особого статуса". По словам опрошенных Цензор.НЕТ участников встречи, американская гостья, упирая на необходимость конституционной реформы, совершенно не говорила о том, что "особый статус" мятежных территорий действительно должен быть воплощен в жизнь. Но и ни в малейшей степени не намекнула, что это - только блеф.

Примерно та же ситуация сложилась в субботу во время трехчасового общения группы "антиреформаторов" из состава коалиции с самим президентом. Как уверяют участники этого действа, президент убеждал их, что конституционные изменения нужны лишь для оттягивания времени. Но все же не ответил прямо на откровенный вопрос, будет ли Запад требовать их реализации независимо от того, выполнят ли свои обязательства сепаратисты и РФ. Порошенко лишь заявил, что раз под Минскими соглашениями стоит подпись Путина, то Россия официально несет ответственность за их соблюдение, и это - наш козырь.

Столь же обтекаемы и формулировки чиновников АП даже в формате "без записи". На этой неделе замглавы АП Константин Елисеев непублично встречался с обозревателями ряда СМИ, а его коллеги Ростислав Павленко и Алексей Филатов, отвечающие за децентрализацию и судебную реформу соответственно - с популярными блогерами. Но однозначных уверений в том, что вокруг "особого статуса" идет лишь дипломатическая игра, никто не дал. Как выразился один из названных чиновников, если публика опасается подвоха со стороны власти - "что ж, это вопрос доверия".

Доверия, вероятно, было бы больше, если бы тот же президент не так активно заявлял при каждом случае о "неукоснительном" соблюдении Минских соглашений нашей страной. И не путался при этом в мелочах. Скажем, в субботу Порошенко особо подчеркнул, что из обновленной Конституции изымут пункт 16 ст. 92, который предусматривает, что через отдельные законы можно устанавливать "специальный статус" столицы и других городов. Как видите, объявил гарант Конституции на встрече с представителями территориальных общин, никакого парада "особых статусов" не будет, а если где-то в Запорожье думают иначе, то зря.

Это заявление ошибочно сразу трижды. Во-первых, широко растиражированное СМИ обращение Запорожского облсовета к ВР с просьбой о "специальном статусе" для региона в связи с "экологической ситуацией" не имеет отношения к "особому статусу" в том смысле, в каком говорится о нем насчет части Донбасса. Подписи за это в Запорожской области собрали еще в феврале, ну а то, что обращение к ВР появилось именно сейчас, вполне может быть банальной провокацией, на которую президент, как говорится, "повелся". Во-вторых, это не имеет никакого отношения к п. 16 ст. 92 Конституции - ведь там говорится исключительно о городах, а в случае с Запорожьем речь идет, повторимся, об области. Наконец, в-третьих, в обновленном Основном Законе некое подобие п. 16 ст. 92 все равно сохранится. Просто он перекочевывает в ст. 133 и формулируется так: "Особенности Киева, Севастополя в системе административно-территориального устройства Украины определяются отдельными законами".

Сути дела экивоки Порошенко не меняют. Зато случай показателен в плане того, насколько тщательно власть "разъясняет" свои конституционно-реформаторские планы. Неудивительно, что массы охотнее верят более прямолинейным популистам.

Тем более, что войну нервов с традиционным успехом использует Кремль. Опять же в субботу тамошняя пресс-служба громогласно объявила, что Путин в ходе телефонного разговора с лидерами Германии и Франции подчеркнул " важность проведения на Украине согласованной с Донецком и Луганском конституционной реформы ". Впечатление, что Европа солидарна по этому вопросу с Путиным, было закреплено.

В любом случае, 31 августа, если не случится форс-мажора, реформу утвердят в первом чтении (в АП даже рассчитывают на 270 - 280 голосов). Гораздо труднее будет найти впоследствии 300 голосов за ее окончательное принятие. И даже не из-за "особого статуса". Так, например, лидер "Самопомочи" Андрей Садовый, заявивший о давлении на депутатов из-за этого голосования, весьма недоволен нововведениями, связанными с появлением префектов и правом президентской вертикали распускать местные советы и/или приостанавливать их решения. И он такой не один.

Другое дело, что поделать ничего уже нельзя: любое изменение проекта означает повтор всей процедуры с самого начала, с новым внесением реформы в КС и т. д. А президенту, раз уж он ввязался в это дело, некуда отступать. Ведь надо показать тому же Западу, что он контролирует ситуацию. Даже если это чревато подрывом и без того далеко не железобетонного рейтинга.


Александр Михельсон, Цензор. НЕТ