Анастасия Кунцевская: «В Украине интернаты – это закрытая система»

Команда футбольного турнира для людей с особыми потребностями Seni Cup пообщалась с кандидатом психологических наук, доцентом кафедры социальной реабилитации и социальной педагогики факультета психологии КНУ имени Тараса Шевченко, членом правления Союза психологов и психотерапевтов Украины, практикующим психологом и тренером Анастасией Кунцевской. Анастасия рассказала о проектах, направленных на социализацию детей из детских домов и о важности переформатирования системы интернатных учреждений.

- Анастасия, расскажите, пожалуйста, о ваших проектах по работе с детьми из детских домов?

- Впервые я столкнулась с проблемой поддержки выпускников интернатов в 2013 году. По инициативе благотворительного фонда «Анкора» (который специализируется на поддержке детей, оказавшихся в тяжелых условиях жизни) и его основательницы Иды Антонян. Мы разработали проект социальной поддержки выпускников интернатных учреждений. Получив всю возможную поддержку, в частности от Министерства образования и науки Украины, мы столкнулись с первой сложностью - доступом к детям. Казалось бы, это легко – существует объективная проблема, нужда и есть компетентные специалисты, которые готовые помочь. К сожалению, оказалось, что двери в интернаты открыты только для тех, кто готов предоставить материальную помощь. Однако когда процесс поддержки требует некоторого вмешательства во внутренние процессы – доступ к детям и возможность работать с ними, получается колоссальное сопротивление. Целевой аудиторией проекта, по нашей первоначальной задумке, были дети 10-11 классов, которые находятся на пороге самостоятельной жизни. Наша задача была «поймать» их до «вылета», изучить потребности и организовать процесс сопровождения. Мы получили отказ от администраций всех детских учреждений закрытого типа, в которые обращались. Перед нами закрывали двери, мотивируя тем, что в интернатах есть психолог. После ряда неудачных попыток попасть в систему, мы переформатировали проект, и обратились к администрациям профессионально-технических училищ. В такие училища довольно часто поступают выпускники интернатов. Именно там нас встретили с большим энтузиазмом.

- В профессионально-технических училищах (ПТУ) учатся дети из интернатов?

- Да, существует такая практика, что дети покидают стены интернатов в 14-15 лет, поступая в профтехучилища. Мы нашли в Киеве два ПТУ, среди студентов которых были выпускники интернатов: Межрегиональное высшее профессиональное училище связи и Межрегиональный центр ювелирного искусства. В одном из них было 30 выпускников интернатов, а в другом – более 60-ти. В беседе с администрацией, психологами и педагогами, мы выяснили ключевые проблемы выходцев из интернатов, которые попадают в совершенно иные условия профессионального обучения. Система интернатов практически не предполагает развитие и укрепление самостоятельности подростков. Ребенок в интернате, как никто другой, лишен права выбора. Обыденные для нас вещи: планирование бюджета, приготовление еды, отношения с другими людьми, реализация интересов, развитие проявившихся в нас способностей и планирование будущего, для детей закрытых учреждений - невозможны. Их кормят, за ними убирают, указывают, в том числе, в силу ограниченных ресурсов, чем заниматься. Пусть качество такой жизни скудное, тем не менее, оно гарантировано. «Вырываясь на свободу» подростки пытаются делать то, что раньше им было запрещено. Они прогуливают занятия, пьют, вступают в беспорядочные половые отношения, упиваясь бесконтрольностью. Мы очень хотели, чтобы дети согласились участвовать в нашем проекте по собственной воле, поэтому разработали мотивационную беседу-презентацию. Хотели вызвать неподдельный интерес, и представили программу как дополнительное образование, которое дает сертификат. Мы не обманули. Проект проходил на базе Киевского института современной психологии и психотерапии, поэтому смогли организовать такую возможность.

- Сколько людей к вам записались на занятия?

- Дети постепенно отсеивались. Записались изначально 30 учащихся, на предварительную встречу пришли 15, а в группе начали работать 10 человек. Завершили полугодичное обучение (25 занятий) пять девочек. Программа состояла из нескольких тематических блоков: работа с личностными границами; способы выражения чувств; компетентность в построении межличностного общения; ответственность и принятие решений в различных жизненных ситуациях. В начале и по завершению занятий мы проводили диагностику, а также собирали обратную связь. Можем с уверенностью сказать, что наша программа работает. Кроме того, ближе к окончанию две участницы устроились на работу. После последнего занятия мы организовали выпускной, который прошел с празднованием и подарками. После окончания обучения, девочки еще год писали тренеру, делясь событиями собственной жизни. Кроме того, мы приглашали их бесплатно участвовать в маленьких проектах Института (мастер-классах, семинарах и так далее).

- Как помочь детям, живущим в интернатах, легче переносить полученные психологические травмы. Как немного облегчить их будущее?

- Наши западные коллеги говорят о понятии «резилентности» (resilience), то есть психологической эластичности. Большинство людей, особенно в детском возрасте, способны преодолевать жизненные проблемы и трудности. Научные исследования показывают, что даже дети, которые растут в сложных, иногда рискованных, жизненных обстоятельствах, часто становятся нормальными здоровыми взрослыми. Такая способность решать проблемы и достигать благополучия является проявлением эластичности – способности к личностному восстановлению. Механизм резилентности можно представить, как резиновый мяч. Мы можем его сжать, бросить об стену – он разжимается, отскакивает и возвращается в прежнюю форму. Он упругий и эластичный. Но, если его надолго оставить на морозе или на жаре, то материал, из которого он сделан, поменяет свою текстуру. Во время следующего броска или сжатия, мяч останется деформированным. На психологическую эластичность ребенка влияет ряд факторов: личностных, социальных и ситуативных. Они могут как усиливать, так и ослаблять резилентность. Например, низкая/адекватная самооценка, характер; особенность взаимоотношений в семье (гиперопекающие, холодные или принимающие); успеваемость в школе, признание ровесников; наличие/отсутствие травмирующих ситуаций (потеря близкого человека) и так далее.

- Как вы считаете, какое восприятие мира у детей из интернатов?

- Из-за особенностей условий социализации, у воспитанников интернатов преобладает коллективное сознание и сильно развито чувство принадлежности к узкому кругу людей (другим воспитанникам). При этом практически отсутствуют навыки общения с другим окружением, готовность устанавливать новые связи и строить новые отношения вне интерната. Отсутствие привязанности и необходимость постоянно приспосабливаться, приводят к снижению активного отношения к жизни, при котором не формируются социально значимые ценности и ориентиры. Создаются условия для роста конформизма - склонности избегать принятия самостоятельных решений, пассивности и приспособленческой ориентации, предложенным стандартам оценок и поведения. У детей, живущих в условиях воспитания детского дома на полном государственном обеспечении, появляется позиция иждивенца («нам должны», «дайте»), отсутствуют бережливость и ответственность.

- Как устроены интернаты за границей?

- Хочу отметить, что интернатов в том виде, в котором они представлены в Украине - в мире практически не существует. Уже давно установлено, что содержать крупные институции гораздо дороже, чем организовывать альтернативные, более локальные системы помощи. В Европе, США, Канаде система поддержки детей в неблагоприятных обстоятельствах – это фостерные – профессиональные приемные семьи и опирающийся на сообщество социальный сервис (community based service).

Основой такого рода помощи является ориентация на семейное воспитание. Приемные родители проходят специальную подготовку и получают финансирование от государства. Как правило, такие приемные семьи живут в домах и воспитывают не более десяти детей. Очень важно, что ребенок посещает обычную школу, общается со сверстниками, выполняет посильную работу по дому, заботится о младших и так далее. По сути, он ничем не отличается от ребенка из обычной семьи.

Важно, что тут не стоит вопрос о социальной адаптации. Дети социализируются, живя в условиях, максимально приближенных к нормным. Западные специалисты социальной сферы не используется понятие «адаптация» в отношении людей. Адаптация осталась в биологии и зоологии. Животные борются с условиями среды. Человек не адаптируется, а социализируется, развивает социальные навыки. Когда мы говорим об адаптации, речь идет о вынужденности и приспособлении к жестким условиям среды.

Скорее можно говорить о том, что адаптация происходит с детьми в интернате. Эта адаптированность к специфическим условиям закрытой системы, живущей по собственным правилам, приводит к тому, что у ребенка не формируются нормальные социальные навыки. Вплоть до того, что открытый социум (после выхода из интерната) для него становится фактически угрозой. Я считаю, что это преступление. Поддерживать идею социальной адаптации - означает поддерживать идею выживания, а не качества жизни. Это совершенно противоположные идеи. Система выживания поддерживается на уровне государства. Выживание провоцирует нас на то, что мы и детей заставляем выживать. Я надеюсь, что у нас будет другая система. Во всем цивилизованном мире от интернатов отказались еще в середине ХХ века. Таким образом, дети не «вырваны с корнем» из социально-экономических отношений, не изолированы.

Система интернатов должна подвергнуться трансформации – стать свободной и открытой, действовать, исходя из признания приоритета прав ребенка.

- Мы общались с руководителями интернатов, о том, как мотивировать воспитанников, которые могут вести полноценную жизнь, уходить из них. По словам руководителей, воспитанники интернатов просто не хотят этого делать. Несмотря на то, что существуют специальные комиссии, направленные на решение вопроса.

- Это вопрос о зоне комфорта. Точнее, о «зоне знакомого зла». Возьмем человека со здоровыми ногами, посадим в инвалидное кресло и запретим вставать с него год, а потом предложим встать и побегать. Как думаете, он тут же встанет и побежит? Отнюдь. За этот год он потеряет способность чувствовать собственные ноги, мышцы атрофируются, он даже встать на них сможет с трудом. То же самое можно сказать о социальных навыках. Как правило, мы не замечаем, как в процессе социальной жизни, преодолевая даже небольшие трудности, обрастаем умениями, знаниями и компетентностями. У детей в интернатах формируется вынужденная беспомощность. У них возникает ощущение, что простые для обычных людей вещи (забота о себе, переговоры с работодателем, планирование жизни) ему не под силу. Это, безусловно, порождает страх и стремление вернуться в старые условия – назад в интернат.

В нескольких странах (Эстония, Чехия, Англия) существует система «перевалочных пунктов» для тех, кто пребывал на длительном лечении в психоневрологических институциях - система recovery college. Строго говоря – это не образовательное учреждение, а система последовательного восстановления через обретение различных навыков и знаний. Человек может пройти языковые курсы, посещать кружок изобразительного искусства, выбрать групповую психологическую сессию, тренинг социальных навыков и так далее. Тренинг социальных навыков - это классика работы с людьми с психоневрологическими отклонениями. У человека после длительной  болезни, принятия медикаментов, жизни под руководством врачей, атрофируются некоторые социальные навыки. В этом случае, курсы по кулинарии, трудотерапия (occupational therapy) дают психологический эффект намного выше, чем визит к психотерапевту. Всем известно, что новые знания повышают самооценку человека, самочувствие и самоощущение в этом мире.

- Вначале июля команды, занявшие первое и третье место на футбольном турнире для людей с особыми потребностями Seni Cup, поедут в Польшу. Они представят Украину на международном финале турнира. Что пожелаете нашим командам?

- Могу сказать, что я уже вами горжусь. Не хочется желать победы, это действительно не главное, но, конечно, болеть за вас буду! Хочу пожелать от души повеселиться, получить удовольствие от путешествия и новых людей. И, конечно же, азарта!

Турнир Seni Cup основан в 2000 году в Польше. В 2003 году инициатором проведения турнира в Украине стала компания «Белла–Трейд» – официальный импортер продукции ТМ Seni в Украине. Футбольные соревнования проходят в Германии, Чехии, Словакии, Венгрии, Польше, Беларуси, России, Литве, Латвии, Казахстане, Украине и на непостоянной основе в Румынии, Австрии и Монголии.

Миссия турнира – помочь преодолеть дискриминацию, социально адаптироваться и стать полноценными членами общества особо незащищенным слоям населения, людям с ограниченными умственными и физическими возможностями.

В июле в Польше пройдет финал международного турнира Seni Cup, в котором за первенство будут соревноваться команды из 12 стран. Украину на чемпионате представят победители национального этапа.

Турнир проходит при поддержке Министерства социальной политики Украины, Посольства Республики Польша в Украине, Федерации футбола Украины, Федерации футбола города Киев, Ассоциации футбола инвалидов и компании TZMO SA.

Официальный партнер турнира – компания «Пластикс–Украина», дистрибьютор полимерных материалов от европейских производителей.

Постоянные партнеры турнира: McDonald's, ТМ «Моршинська», Страховая группа PZU Украина.