Тратить чужое по-дикому, как будто завтра не наступит никогда. Левиафан сожрал капитализм, свободу и демократию.

Первая четверть ХХI века – это время Левиафана. Большое государство расправило плечи, заслонив горизонт свободному рынку, открытой конкуренции и безбарьерной международной торговле. Парадокс в том, что разрушивший себя в конце 1980-ых, начале 1990-ых тоталитарный советский госплан не запустил глобальную либерализацию, приватизацию и сокращение размера и функционала Государства. Тотальный провал социализма ярко и убедительно доказал правоту Австрийской экономической школы (АЭШ). Её представители, прежде всего Л. Фон Мизес, Ф. фон Хайек, в споре с марксистами и социалистами первой половины ХХ века на научном теоретическом уровне доказали невозможность построения того самого социализма, который описывали его теоретики и жрецы. Без частной собственности, вне добровольной системы разделения труда, открытой конкуренции, без свободной цены, прибыли и механизма «прибыль – убытки» создать полноценного конкурента капитализму невозможно. Теоретически невозможно.

Предложенная Марксом/Энгельсом модель, поддержанная социалистами, сторонниками немецкой исторической школы, а потом институционалистами была разбита в пух и прах сначала на уровне экономической науки. Потом весь мир увидел, чем закончился советский тоталитарный эксперимент. Едва ли китайский вариант Мао с десятками миллионов жертв и умерших от голода добавил популярности этой модели. Не появился в мире фан клуб сторонников и последователей кубинской, северокорейской модели. Даже симпатизирующим авторитарным правителям и их системам политики развивающихся стран не особо рвались превратить свои страны в концлагеря. А вот эксперименты со смешанной экономикой, с поиском оптимальных пропорций капитализма и социализма, свободного рынка Государства продолжаются до сих пор.

           Развитые страны Запада не выучили главных уроков исторического поражения советского Госплана. К концу 1980-х они сами были заражены социализмом, поражены всеми теми болезнями, которые присущи этой модели. Например, во Франции в 1990г. размер государственных расходов составлял 51,6% ВВП, в Германии – 46,5% ВВП, в Италии – 54,2% ВВП, Испании – 41,1% ВВП, Нидерландах -48,8% ВВП. Только США ещё держались более-менее близко к стандартам капитализма, но и они 31,2% ВВП совокупными государственными расходами далеко ушли от классического капитализма, заместив более трети экономики нерыночным сектором. США в 1960 г. имела госрасходы на уровне 24% ВВП.

           Вместо того чтобы на уровне экономической науки оценить причины провалов Государства в экономике, страны Запада припудрили нос своей модели государства всеобщего интервенционизма и… взяли курс на увеличение присутствия Государства в экономике. Поражение советского тоталитаризма они удобно для себя объяснили острым дефицитом демократии. Мол, вот получат избиратели политическую, гражданскую свободу – и выберут себе мудрых, умных, ответственных депутатов, президентов и министров, которые будут управлять огромными государственными ресурсами и активами более качественно, чем в советском госплане.

           Таким образом, западные элиты начала 1990-х совершили одновременно две фатальные ошибки. Первая – они не изучили, не поняли причины провала советской и других разновидностей тоталитарных систем. Единственной экономической школой, которая с научной точки зрения объяснила этот провал, была АЭШ. Однако теоретический mainstream economics десятилетиями применял к Австрийской экономической школе грубые инструменты культуры отмены (cancel culture). Поэтому среди дисижнмейкеров, большинства представителей политических, интеллектуальных элит очень мало было тех, кто, на самом деле читал и знал Мизеса, Бём-Баверка, Хайека, Ротбарда, Хатта, Хэзлитта или Кирцнера. Трибуны международных форумов, конференций, как и заседаний правительств и международных организаций заполонили теоретики и жрецы Государства всеобщего интервенционизма. Они в запой хватили welfare state, пугали провалами рынка и соревновались в PR-е своих футурологических фантазий на тему устойчивого, гармоничного развития и оптимального распределения. Они не поняли, почему случился кризис тоталитарного госплана. Поэтому их советы и рекомендации сводились к тому, чтобы посттоталитарные страны копировали существующую в начале 1990-х модель welfare state. Теорию и практику провалов Государства они не знали и не видели в упор. Это была первая грубейшая ошибка транзита от госплана к рынку, которая привела к формированию нацистского тоталитаризма в России, модели Олигархат/Схематоз в Украине, авторитарных режимов в Казахстане, Азербайджане, Узбекистане и Беларуси.

           Вторая фатальная ошибка Запада в начале 1990-х заключалась в том, что его интеллектуальные элиты, заражённые идеями Левиафана через школы и университеты, не отказались от своей модели welfare state, не идентифицировали в ней источники эрозии и разрушения самого Запада. Вместо того чтобы извлечь выводы из негативных тенденций десятилетий государственного интервенционизма, чтобы ограничить размер и функционал Государства смирительной рубашкой, развитые страны ещё больше доверились Государству, загнав свободный рынок на задворки экономики. VIP-распорядители чужого стали главными экономическими субъектами в стране. Они заняли все командные высоты в экономике. Они вооружили себя самыми разными теориями, которые оправдывали расширение, углубление и увеличение Государства. Вместе с VIP-потребителями чужого (большой бизнес, ставший фаворитами Правительства, участники государственных закупок и инвестиционных программ) они сформировали синдикат. Так слияние политической и экономической власти в станах традиционного Запада ознаменовано эту синдикализма, корпоративизма и фашизма. Причём всё это происходило под флагами демократии, не просто соблюдения, а расширения прав и свобод человека. Этому самому человеку-обывателю вешали лапшу на уши не просто о правах и свободах на страновом уровне, а также на глобальном. Мощная PR-кампания объединила пряники в виде всеобщих благ от устойчивого развития и кнутов - страшилок в виде глобального потепления, климатических изменений. Дошло до того, что даже углекислый газ объявили загрязнителем и угрозой Земле.

           Синдикат «VIP-распорядителей и потребителей чужого» захватил главные политические партии, унифицировал повестку для левых и правых, либеральных и прогрессивных, консервативных и социал-демократических. При монополии государства на образование, доминацию в СМИ, активном использовании «учёных» для зомбирования обывателей в пользу Большого государства Запад с начала ХХI века ускорил свою деградацию, потому что сделал ставку на Левиафана. В руках Правительства оказалось столько денег, что распределение ими превратилось в самый выгодный бизнес в стране. Судите сами. В 2025г. совокупные расходы органов госуправления США превысили $11,6 триллионов. Это в 6,2 раза больше, чем было в 1990г. ВВП за этот период вырос в 5,2 раза. Канадские распорядители чужого в 2025г. пропускали через свои руки более одного триллиона долларов. Это в 3,6 раз больше, чем в 1990г. при росте ВВП в 3,9 раз. В Великобритании объём госрасходов вырос в 4,2 раза, до $1,75 трлн. в 2025г. Синдикат «VIP-распорядителей и потребителей чужого» не упускает возможности увеличивать свою экономическую власть по мере роста экономики.

А вот как обстоят дела во Франции и Италии, которые к середине 2020-х оказались на грани очень глубокого структурного, системного и долгового кризисов. Нет сомнения, что эти некогда лидеры мировой экономики стали жертвами Левиафана. Так Франция в 2025г. имели госрасходы $1,94 трлн., что в 3 раза больше, чем в 1990г. а ВВП за этот период вырос только в 2,7 раз. Госрасходы в 57,5% ВВП убедительно указывают на социалистический характер французской экономики. Госрасходы Италии в 2025г. составили $1,3 трлн. что в 2,1 раза больше, чем в 1990г. При этом ВВП за этот период вырос 2,2 раза, но госдолг давно превысил 100% ВВП. Если к госрасходам в 51,1% ВВП добавить регуляторную нагрузку в 11 -13% ВВП, транзакционные издержки в 5% ВВП, то сомнений в социалистическом характере итальянской экономики не останется.

А вот как воспользовался Левиафанством Запада тоталитарный Китай. Он заменил к себе в специальные экономические зоны большой бизнес из стран G-7, ОЭСР, ЕС низкими налогами, практически нулевыми регуляторными издержками, дешёвым сырьём и рабочей силой. При этом госрасходы Китая вплоть до второй половины 2000-х оставались в пределах 20% ВВП. Последние 20 лет соблазн государственного интервенционизма оказался слишком сильным для китайских правителей. В 2025г. Правительство тратило $6,46 трлн., что в 32,9 раз больше, чем в 1990г. за это время ВВП вырос в 16,1 раз. Торможение китайской экономики, которая подсела на государственные ресурсы и интервенционизм неизбежно.

           Индонезия пока не повторяет ошибки Китая. Госрасходы этой страны в 2025г. составили только 16,2% ВВП или $234 млрд. Это в 8,5 раз больше, чем в 1990г. За этот период доля госрасходов в ВВП практически не изменилась, а ВВП вырос в 10,5 раз.

           Анализ динамики госрасходов в развитых и развивающихся странах показывает, что рост госрасходов может иметь краткосрочный позитивный эффект на рост экономики, но это воздействие сильно напоминает действие наркотика или анаболика. Китай, как и большинство стран Запада сегодня страдают от деформаций и дефектов, вызванных продолжительным применением этого наркотика/анаболика. Среди деструктивных явлений, порождённых левиафанизацией экономики, отметим коррупцию, искажения структуры капитала, кризис доверия к Правительству, бегство капитала, в том числе человеческого. Наконец, правление синдиката «VIP-распорядителей и потребителей чужого» стало причиной кризиса демократии. Вот наглядное подтверждение библейского «дорога в ад вымощена благими намерениями».

           Всё могло бы быть совсем иначе, если бы в начале 1990-х экономический, политэкономический мейнстрим признал бы правоту АЭШ и начал проводить политику с учётом рекомендаций Мизеса, Хайека, Кирцнера и всех тех, кто принадлежит этой научной школе. Сегодня не только тоталитарные страны, но и практически все развитые страны стоят на грани, на точке бифуркации. Дальше – только вниз, там, где дефолты, инфляция, сдувания пузырей, банкротства и очень много социальной, политической ярости. Неужели так трудно понять, что игнорировать настоящую экономическую науку себе дороже? Разве что такой подход является целенаправленной политикой врагов Свободы. Они спят и видят, как страны Запада продолжат стрелять себе в обе ноги, превращая некогда славный, свободный капитализм в дикое, разорительное Bangaranga.