Ми нічого не забудемо

Автор: Ю. Бутусов

Річниця підриву наших бійців у новому терміналі Донецького аеропорту сьогодні згадується як годиться: урочиста й скорботна варта біля Міністерства оборони, портрети загиблих воїнів, запрошені всі рідні й близькі, дзвін, пам'ять, президент із дружиною, керівництво МО та ЗСУ ...

Так и положено. Так и должно быть. И хорошую традицию заложил президент. Так надо вспоминать все скорбные даты войны, всех наших героев.

Это правильное решение.

За четверо суток боев 17-20 января 2015-го в Донецком аэропорту погибло 60 украинских воинов, большинство - в помещении, где была последняя линия обороны...

Но жизнь из разных слоев состоит. И среди тех, кто достойно вспоминал сегодня погибших были те, на совести которых были и их смерти. Те, кто вопреки просьбам и даже письменным обращениям к президенту волонтерских организаций, вопреки звонкам погибавших в новом терминале бойцов не принял решения о своевременном отходе, кто не помог эвакуации погибших.

Читайте на Цензор.НЕТ: Правда и ложь о боях в Донецком аэропорту: анализ интервью начальника Генштаба Виктора Муженко

Стоят в одном ряду начальник Генштаба Муженко и главнокомандующий Порошенко, соболезнуют, чествуют родных и близких погибших. С политической точки зрения - все правильно. А с точки зрения человеческой и профессиональной нельзя не отметить: то, что наших бойцов в новом терминале зажали в последней комнате, то, что подорвали фугасом и они уже никак не могли этому помешать, то, что расстреливали танками, а им нечем было ответить и их некому было прикрыть - это ответственность Муженко и Порошенко, и на коленях они должны стоять перед родными погибших, и сделать все для их семей. Потому что то, что произошло в последние дни обороны нового терминала - это героизм, самопожертвование, подвиг защитников, нечеловеческие муки и невероятная стойкость - были проявлены, потому что наплевали их самые главные начальники на все предупреждения и просьбы, потому что управляли боем не как надо на войне, а по-идиотски, наплевав на людей, потому что сам Муженко, несомненно, с ведома своего шефа, приказал до конца сидеть в абсолютно безнадежной обстановке, и не дал приказ на отход, даже когда там уже не было никакого смысла сидеть в развалинах под огнем со всех сторон.

Смотрите также: Истории войны. Последний день аэропорта, - рассказ "киборгов". ВИДЕО

И очень подло сегодня выглядит, как примазываются к памяти героев те, кто на своих должностях отвечали за то, чтобы жизни этих отличных бойцов по возможности сберегли, чтобы боевые задачи выполнялись грамотно, чтобы бить врага, а не подставлять своих под расстрел.

Ничего не сделано для того, чтобы сделать выводы из трагедии, чтобы наказать тех, кто подставил людей, чтобы такое больше не повторилось.

Читайте на Цензор.НЕТ: Хроника обороны нового терминала Донецкого аэропорта 13-21 января 2015 года

Вот отрывок из рассказа пулеметчика Станислава Стовбана о последних днях в Донецком аэропорту: "Ситуация была странная, потому что мы уже просто выживали, а командование говорило: "Держитесь, все будет хорошо, к вам приедет подкрепление". Мы объясняли, что здесь некуда ехать, потому что одни развалины. И ребята приняли решение, что надо самим выходить, выносить кого можна. С 19 на 20 января выходило три группы. Одна вечером, с ней вышел Рахман. Вторая ночью, а под утро Север выходил. С нами, ранеными, остались по своей воле Толя Свирид, Игорь Броневицкий, из 80-й Славик Гавьянец и Гребенюк Артем. Игорь Зиныч умер от ранений около полуночи. Остались из тяжелых: я, из нашей седьмой роты Гавриляк Остап, водитель той МТЛБ, которая сгорела, Ваня Доберман, и из 91-й сапер Кривошапко Максим. Это четверо тяжелораненых, которые дотянули до утра.

Как мы попали в плен я уже не помню. Потерял сознание, потому что крови вытекло столько, что руки были такие белые, как простыня в больнице. Я даже на курок не мог нажимать. Ночью я еще стрелял, но тогда я уже не мог стрелять. Помню, как кто-то уколол мне 2 укола, один из них под язык. Я более или менее в себя пришел. Вижу, ходят какие-то уже не наши. Пока я был без сознания, Толя Свирид вышел к ним с предложением забрать наших раненых в госпиталь".

Читайте на Цензор.НЕТ: Битва за Донецкий аэропорт. Что произошло, причины и результаты

Сержант Анатолий Свирид остался раненым в новом терминале, его с другими ранеными некому уже было вытащить, и его слова - приговор, который когда-нибудь будет вынесен некоторым начальникам:

"Больше всего меня на войне поразила некомпетентность высшего состава, руководства. Я просто не верю, что можно быть такими бездарными. Или это специально делается, или это враги, и с ними надо разбираться. Если придется, то я пойду опять воевать, но не при данном Генштабе. Либо придется создавать из своих проверенных ребят армию и выбирать себе командиров. Хорошая песня "Пливе кача", но очень часто она звучит в Украине. Горе-генералам надо по похоронам поездить и родителям в глаза посмотреть".

Мы ничего не забудем.

Юрий Бутусов, "Цензор.НЕТ"